July 29th, 2019

Петроград. Декабрь 1916. (продолжение)

Дверь трактира распахнулась в очередной раз. Вместе с клубами морозного воздуха и снегом, внутрь вошёл невысокий господин в шубе мехом наружу и, то ли в калмыцком, то ли башкирском, меховом малахае. Вошедший господин отряхнул с себя снег, пробормотал что-то вроде "факинфрост". Подоспевший слуга только диву дался! С каких же это таких Сибирских весей к нам гость заявился?!
Господин зябко повел плечами, раздраженно поглядел в сторону окна за которым кружилась метель.
— Велите стопку водки принести, сударь? Для сугрева, так сказать!
— А давай-ка, э… — судя по всему, господин не знал, как правильно обратиться к слуге. Ну не хамским же барским, "братец", именовать слугу, в самом деле!? ХХ век, как ни как на дворе! Наконец нашёлся, — "Английской горькой", большую рюмку, уважаемый!
— Простите, сударь! Не держим-с! Из патриотических, значит соображений! Есть водка, коньяк-с, шнапс! Ни джинов, ни висок не держим-с! Супостаты нагличане намедни Одессу со своих линкоров главным калибром обстреливали. Оперный теантр разрушили-с, Городскую Думу! Вандалы-с!
— Нет, шнапса не надо. Вели-ка лучше старшего приказчика позвать.
— Нешто осерчали, сударь? Простите великодушно! Я про то в "Копейке" читал-с! Сущая правда, сударь! Ещё пишут, что городовому снарядом оторвало голову! Ужас!
— Да нет! У меня тут встреча назначена. Господин Парвус ожидает.
— Так точно, сударь! Извещены-с, сей момент! Лишь ваши вещи отнесу в гардероб и проведу-с…
— Я имею честь видеть господина Парвуса, Александра Львовича?
— Да, — ответил Парвус, вставая из-за столика, — Александр Львович Парвус, доктор философии Базельского университета, а вы, сударь, Красницкий Владимир Александрович?
— Да, это я, сударь! Вы хотели говорить со мной? Но я не имею удовольствия вас знать.
— Присаживайтесь, господин Красницкий, разговор у нас с вами будет долгий, я надеюсь, — Парвус жестом пригласил гостя сесть, — Владимир Александрович, я много слышал о вас. Посетил даже ваше выступление в цирке Чинизелли. Вы талантливы, я бы сказал, что вы — чертовски талантливы! Вы достойны того, чтобы играть Гамлета на сцене Шекспировского театра "Глобус", а обретаетесь, простите великодушно, в заметённой снегом России. Вы ведь англофил, не так ли, господин Красницкий? Вы имели постоянный и высокооплачиваемый ангажемент в Лондоне. Более того, вы не любите Россию, не правда ли?
— Господин Парвус, извольте объяснить мне зачем я вам понадобился? Если лишь для того, чтобы рассказать мне, как я "чертовски талантлив", то простите, и позвольте откланяться! "Тайм из мани!", как говорят англичане!
— Не гоношитесь, Красницкий! — Парвус резко осадил собеседника, — именно о "мани", столь любимой вами "энергетической субстанции, проявленной в банкнотах и монетах", мы и поговорим. Но прежде давайте поедим, Владимир Александрович. Тимофей Кузьмич! Угощаем знаменитого артиста! Сказывай, чем кормить будешь?

Далі буде…