June 27th, 2020

Три эпизода про чëрных. Эпизод третий: Куба

Конец 90-х. Гавана.
После США и Доминиканской республики (Кстати, Доминиканская республика или кратко — "Доминикана" — не имеет никакого отношения к Доминике. Доминика — остров и государство на Карибах, а Доминикана — государство на острове Гаити) мы попали в чартер к итальянской компании поставляющей на Кубу "гуманитарный груз" — муку. (Удивительно, но не перевелись ещë в Европе, в конце ХХ века, дураки, готовые задарма кормить этих горластых бездельников!) Грузились в Мегере, что в шести километрах от Венеции, а выгружались в разных кубинских портах, но чаще всего в Сант-Яго и Гаване. Самое приятное в этом чартере было то, что груз обязательно подлежал фумигации, а экипаж на время хим. обработки съезжал на берег, в гостиницу. Обычно, фумигация продолжалась 72 часа, и за это время морячки стремились "оторваться по полной". Но про это, в другой раз, а сейчас хочу рассказать какая удивительная история произошла с нашим третьим помощником, Анатолем С.
Толик, по своему, был уникальным человеком. Сумев за пять лет из четвёртого помощника (а в совторгфлоте была такая должность на судне — четвëртый помощник капитана — "начальник" над камбузом и "хозяин" баталерки) стать старпомом, он, таким же, феерическим способом, из старпомов превратился, вначале во второго, а затем и третьего помощника. Возвращения в четвёртые, он избежал по причине отсутствия на греческом флоте такого ранга. Разочаровавшись в "секстантах и астролябиях" Толик решил сменить сферу приложения своих талантов и поступил на судомеханическое отделение ОВИМУ.
Так вот, как-то ранним утром, я сидел в холле гостиницы ожидая машину, которая должна была отвести меня на судно, для ежедневного обхода и выполнения рутинных работ. Это входило в мои обязанности. Как правило, занимало не более часа времени и не особенно меня напрягало. Сижу, попиваю безалкогольный мохито и тут вижу, как нашего Толяна, под белы ручки, выводят двое полицейских. Сказать, что удивился, так нет, хорошо зная его репутацию гуляки и забияки. Заметив меня Анатолий прокричал
— Секонд, сообщи мастеру, что меня фараоны замели!
И был препровожден в старенькие "жигули", за рулём которых восседал, еле вмещающийся в них "тонтон-макута" кубинского разлива. От одного взгляда на него, в голову сразу пришли не раз слышанные нами жуткие рассказы про "сегуридад" и я мысленно навсегда простился с Анатолем…
Анатолий вернулся в гостиницу только вечером и вот какую замечательную историю он рассказал:
— Когда меня отвели в кубинский околоток и заперли в камеру, больше напоминавшую каменный мешок, то я форменным образом, впал в панику! Чего-чего, а уж страшилок про "раулевцев" мы все знали до хрена и больше. Самое страшное, что я абсолютно не понимал, за что меня повязали. Когда через несколько часов двери камеры открылись и меня провели в кабинет полицейского "хэфе", то я уже был готов признаться в любом злодеянии, лишь бы не мучили, а сразу расстреляли.
"Хэфе", чëрный, как ночь в тропиках, негр, долго перелистывал какие-то бумаги на своём столе, а затем, — Толик продолжил свой рассказ, — поднял на меня глаза. Это было ужасно. Я с трудом заставлял себя глядеть на него. Что-то ядовитое, змеиное таилось в его черных глазах. Видимо он знал, какое действие оказывает его взгляд, потому что вдоволь насладившись моим ужасом, он сказал на довольно правильном русском языке:
— Да не дрожите так. Вас тут не съедят. Но если вы нарушили наши законы, то придëтся ответить. Итак: Я — капитан полиции, Мартинес. А вы — третий помощник на теплоходе "Посейдон"?
— Си, синьор хэфе, — от волнения я перешëл на испанский, — Да, третий, помощник, я.
— Вы говорите по-испански?
— Си, товарищ капитан, то есть нет, не говорю. Немного говорю, — от волнения я даже начал путаться в словах.
(Позволю себе тут маленькое отступление. Анатолий, уроженец молдавского села Вулканешты, бегло и одинаково скверно изъяснился на всех романских наречиях, но лучше всего ему давался португальский язык, который, как и молдавский язык, впрочем Толик никогда не забывал уточнить, что: "Никакого молдавского языка нет! А, что есть? Есть — испорченный русскими, великий румынский язык!", весьма похожи. Наличием большого количества "шипящих" звуков, в первую очередь.)
Капитан Мартинес подозрительно смерил меня взглядом и продолжил допрос:
— Признаёте ли, что 13 мая 199* года, вы вступили в преступный сговор с гражданином Кубы "NN", с целью приобретения коробки кубинских сигар? Учтите, ваш сообщник, сам во всем признался и дает исчерпывающие показания. Не принуждайте нас, э… применять меры!
— Но я не был на Кубе 13 мая 199* года, — запротестовал я.
— Ваше судно называется "Посейдон", а вы на нём служите третьим помощником?
— Да, но 13 мая 199* года я не был на Кубе, а сдавал зачёты в ОВИМУ.
— А в показаниях расхитителя социалистической собственности указано, что именно вам он продал коробку похищенных с фабрики "Партагас" сигар "Romeo y Julieta"
— Кому? Мне? — Схватился я за голову.
— Да, именно вам, третьему помощнику т/х "Посейдон"
— Но меня не было на Кубе!
— Но вы третий помощник! На теплоходе "Посейдон"?
— На "Посейдон", да, но меня…
— Хватит! Зачем вы отрицаете очевидное? В показания преступника черным по белому написано, что он продал сигары третьему помощнику т/х "Посейдон". Вы — третий помощник?
— Третий, но это был не я!
Тут полицейский начальник показал неплохое знание русских идиоматических выражений.
— Конечно не вы, это был Пушкин!
Неизвестно сколько бы ещё продолжалась наша словесная баталия, но в это время зазвонил телефон. Взяв трубку и услышав голос в ней, полицейский подскочил со своего стула и встал по стойке смирно. Судя по всему, большой начальник озаботился тем, как ведётся расследование экономической диверсии против первого на американском континенте социалистического государства. Внимательно выслушав своего начальника и аккуратно положив трубку на место, полицейский капитан, не глядя на меня, изобличëнного, съежившегося на казённом стуле "преступника", дал знак ожидавшему у дверей кабинета вертухаю, (или как его там, на испанском?)
Вертухай легким движением поднял меня со стула, и вытолкал из кабинета, а затем, придав с помощью тумака ускорение, отправил меня в свободный полёт, завершившийся в чахлых кустах агавы. Выбравшись из колючей ограды, я припустил со всех ног. Но сумел добраться до гостиницы только поздно вечером, так, как и доллары и "конвертируемые" песо и даже несколько, случайно завалявшихся в бумажнике, гривен, были изъяты во время обыска, а требовать их возврата… Толик ещë раз тяжело вздохнул.
Вся эта история закончилась без каких либо последствий. Никто больше не требовал признаний от Анатоля, как впрочем, и извинений ни от кого не последовало. Менты, они и на Кубе тупые менты! Неспособные сообразить, что экипаж на судах постоянно меняется. А уж если мент, и ко всему прочему, ещë и чëрный! Брррр! Через неделю мы покинули "гостеприимную" Гавану и в балласте пошли в Бразилию. Но это, уже совсем другая история.

Про "нигде"



Совсем недавно я объяснял расиянам почему нежелательно употреблять в плане обещаний и предложений, такие, имеющие исключительно категорическую модальность, слова, как "всегда" и никогда". Пришла очередь поговорить о слове "нигде".
Те, кто интересовался космологией знают, что наблюдаемая нами Вселенная, представляет собой шар диаметром около 93 миллиардов световых лет и центром в Солнечной системе (месте пребывания наблюдателя).
Разумеется, что это весьма и весьма упрощëнное представление о Вселенной. Но для наших целей вполне допустимое. Итак, если Россия находится в центре Вселенной, то от Кремля до последней пограничной заставы (А кстати, нахрена, России, вообще, пограничники и соответственно пограничные заставы, если границы России нигде не заканчиваются? Надо упразднить пограничные войска, заставы передать под школы и детсады, а пограничников переучить в преподавателей физ. подготовки, верно?)
46, 5 млрд. световых лет, что в километрах составляет:
9 460 730 472 580,8 км (такое расстояние свет проходит за один год) умножаем на 46500000000 и получаем… (Не знаете, а чего это мой калькулятор показывает какую-то ерунду?) Короче, много получается километров до границ Вселенной. Но даже это невероятно гигантское расстояние не означает "нигде". Это всë-таки "где-то", хоть и невообразимо далеко. Но товарищ Путин не говорит, что границы России заканчиваются "где-то". Раз он сказал "нигде", то это и означает "нигде". Следовательно; или он знает то, что пока неведомо яйцеголовым астрофизикам и прочим аспирантам с кандидатами
(А что они могут знать?Строем не ходят. Песен строевых не поют. Даже "уголки" отбивать не умеют! В общем, гавно, а не учëные. Шлак человеческий!) или он снова мелет чушь.

Из жизни насекомых

В Воронеже нашли тело призывника из Иркутской области Дмитрия Вебера. Об этом в Instagram  написала его опекун Ирина Самедова. По ее словам, тело погибшего доставили домой со следами различных травм, в том числе в паховой области.
Она рассказала, что Вебер был призван на военную службу в Брянскую область в октябре 2019 года, а 15 марта он прибыл в войсковую часть 52162 в Воронеже для подготовки и участия в параде в честь 75-летия Победы в так называемой "Великой Отечественной войне".
По словам женщины, 2 апреля ей по телефону сообщили, что Вебер самовольно ушел из части. Через четыре дня Самедовой сказали, что ее сына нашли повешенным. 9 апреля его труп доставили домой.
"Два офицера кинули на стол какие-то бумаги, объяснив, что они не знают, что в гробу, они прикомандированы из другой воинской части. Позже выяснилось, что передо мной стоял командир части Дмитрия и начальник по воспитательной работе этой же части Чернышев Дмитрий", — написала Самедова.
Военнослужащие объяснили женщине, что ее приемный сын Дмитрий "совершил суицид на почве неразделенной любви".
По словам женщины, вскрыв гроб, она увидела на теле и голове своего сына многочисленные порезы, ссадины и кровоподтеки. На левой и правой руках "не хватало частей тела большой площади". Также, рассказала Самедова, у Вебера не было гортани, отбит пах, а на шее был ожог от окурка.
"На эти и многочисленные повреждения мне пояснили, что порезы нанесены колючей проволокой. 10 апреля утром я увезла тело своего сына в город Тайшет, где произвела повторное вскрытие. Эксперт мне пояснила, что раны нанесены тупым предметом, возможно заточкой, и нанесены они в разное время, от одного дня до семи", — рассказала женщина.
По словам Ирины Самедовой, в материалах дела о гибели ее сына сказано, что Веберу в части сделали тест на наркотики, который оказался положительным, после чего он сбежал "с голым торсом и в шлепанцах".
При этом повторная экспертиза, проведенная по инициативе Самедовой, не обнаружила ни наркотиков, ни алкоголя в крови и моче погибшего.
Ирина Самедова пояснила, что тело Дмитрия "нашли на заводе самолетов" в восьми километрах от войсковой части в подвешенном состоянии, ноги при этом "стояли на земле, рука была согнута в локте, язык за зубами". Следователь заявил женщине, что наркотики "выветрились, а ссадины на спине образовались когда тело билось".
По словам женщины, следователь еще сказал ей, что Вебера убили двое контрактников. "Также он сказал, вы ничего не докажете, армия своих не выдает", — добавила она.