August 25th, 2020

Сказка про Питушка

Посвящается yastrebok939. Если бы его не было, то его стоило бы выдумать.
Так, как ему удаётся проявить во всей своей красе кацапскую дурь, мало кому удаётся это сделать. Талантище!


Комната с высокими,"буржуйскими", потолками. Стол под красным кумачом, за которым сидят трое; в центре — невысокий худощавый человек в форме, с погонами майора НКВД.
Слева от майора — злой армянский татарин. Он в аккуратной косоворотке навыпуск, подпоясанной тонким кавказским ремешком. Сапоги гармошкой, штаны с напуском. На ремешке болтается явно сувенирный кинжал. Справа — благообразная хрупкая старушка в синем бархатном салопе с седыми буклями на голове. Она делает вид, что вяжет носки, одновременно бросая цепкий взгляд по сторонам.
Майор, блеснув стальной оправой маленьких очков, раздраженно потрясывая картонной папкой.
— Следующий!
— Можна?
Армянский татарин заливается смехом.
— Товарищ, ты к уставной форме обращения привыкай. Не "можна", а "разрешите". А, "можно", только козу трахнуть, да и то, сдуру!
Старушка неодобрительно качает головой, но ничего не говорит.
У дверей, не решаясь пройти дальше, виновато переминается с ноги на ногу мужичок с ноготок, в кургузом пиджаке с протертыми локтями и в мальчишечьих кедах.
— Питушок, я! Скребком ещё кличут, вот. Здеся, что ли, записывают?
— Товарищ, дорогой, да куда ты записаться хочешь? — армянский татарин раскалывает грецкий орех ручкой "нагана" и оправляет ядрышко в рот.
— Мне Святая Серафима, что на Василья Блаженного на паперти стоит, намедни баяла, что калек и убогих здеся записывают и насчёт, значит, пропитания. Грит, что ажно одиннадцать целковых за пост плотють.
Седая старушка, ласковым голосом:
— Да ты не гужуйся, товарищ. Проходи, а то двери протрёшь, а они — казённые! Тут такое дело, друг мой ситный. Прежде, чем мы тебя в убогие запишем, тест пройти надо на IQ. Я тебе щас направление выпишу.
Мужичок начинает что-то искать по карманам.
— А я проходил, товарищ старушка. Вона и кудамент с печатью имеется, — Питушок достаeт и разворачивает замызганную бумажку, — цельных десять сантиметров!
Сидящие за столом переглядываются. Майор НКВД, протирая очёчки замшевой тряпочкой:
— Подходишь ты нам, товарищ Питушок! Значитца, завтра с утра и приходи, да и эту Серафиму, что ли, приведи.